Собрание сочинений - страница 110

* * *


Меня упрекали во всем, окромя погоды,

и сам я угрожал для себя нередко грозной мздой.

Но скоро, как молвят, я сниму погоны

и стану просто одной звездой.


Я буду мелькать в проводах лейтенантом Собрание сочинений - страница 110 неба

и скрываться в скопление, слыша гром,

не видя, как войско под напором ширпотреба

бежит, преследуемо пером.


Когда вокруг больше нету того, что было,

не принципиально, берут вас в кольцо либо это — блиц.

Так школьник, лицезрев Собрание сочинений - страница 110 в один прекрасный момент во сне чернила,

готов к умноженью лучше других таблиц.


И если за скорость света не ожидаешь спасибо,

то общего, может, небытия броня

ценит пробы ее превращенья в сито

и Собрание сочинений - страница 110 за отверстие поблагодарит меня.


1994

Моллюск 89


Земная поверхность есть

признак того, что жить

в космосе разрешено,

так как тут можно сесть,

встать, пройтись, потушить

лампу, посмотреть в окно.


Восемь других планет

считают, что эти как раз

выводы Собрание сочинений - страница 110 неверны,

и мы слышим их «нет!»,

когда убивают нас

и когда мы больны.


Все же я

существую, и мне,

от всей души говоря,

в итоге полностью

единственного бытия

дороже всего моря.


Хотя я не неприятель равнин,

друг ледниковых гряд Собрание сочинений - страница 110,

ценитель пустынь и гор  

в особенности Апеннин  

всего этого, молвят,

в космосе перебор.


Статус небесных тел

получаем за счет

рельефа. Но их рельеф

не плещет и не течет,

взору кладя предел,

его Собрание сочинений - страница 110 же преодолев.


Всякая жизнь под стать

ландшафту. Когда он сер,

сух, ограничен, тверд,

какой он может подать

мозгам и сердцам пример,

тем паче — для аорт?


Когда вы стоите на

Сириусе — вокруг

бурое фантази

из щебня и камня.

Это портит Собрание сочинений - страница 110 каблук

и не поблескивает поблизости.


У тел и у их небес

нету, как ни криви

место, другой среды.

"Многие жили без,  

увидел поэт, — любви,

но никто без воды".


Отсюда — мой сентимент.

И скорей, чем турист Собрание сочинений - страница 110,

готовый надавить на спуск

камеры тогда,

когда ландшафт волнист,

во мне гласит моллюск.


Ему подпевает хор

хордовых, вторят 5

л. неголубой

крови: у мускул и пор

суши меня, как пядь,

отвоевал прибой.


Стоя на берегу

моря Собрание сочинений - страница 110, морща чело,

присматриваясь к воде,

я радуюсь, что могу

рассматривать то, чего

в галактике нет нигде.


Моря состоят из волн  

странноватых вещей, чей вид

множественного числа,

брошенного на произвол,

был им ранее привит

всякого ремесла.


По существу, вода  

сумма Собрание сочинений - страница 110 собственных частей,

которую каждый миг

меняет их чехарда;

и бредни ведомостей

ухудшает блик.


Определенье волны

заключено в самом

слове «волна». Оно,

отмеченное клеймом

взора со стороны,

им не закабалено.


В виде буковкы "в"

очевидно дает гастроль

восьмерка — родная Собрание сочинений - страница 110 дочь

бесконечности, настолько

характерной синеве,

склянке чернил и проч.


Как форме, волне чужды

ромб, треугольник, куб,

всяческие углы.

В этом — красота воды.

В ней есть нечто от губ

с пеною повдоль скулы.


Склонностью пренебречь

смыслом, чья Собрание сочинений - страница 110 глубина

буквальна, морская даль

припоминает речь,

рваные письмена,

неким — скрижаль.


Конкретно поэтому,

узнавая в ней собственный

почерк, певцы поют

рыхлую бахрому  

связки голосовой

либо зрачка приют.


Заговори сама,

волна могла бы свести

слушателя собственного

в одночасье с Собрание сочинений - страница 110 мозга,

сказав ему: "я, прости,

не от мира этого".


Это, сдается мне,

было бы правдой. Сей  

удерживаем рукою;

в нем можно зайти к родне,

поглядеть Колизей,

произнести «на кой?».


По другому с волной, чей шум Собрание сочинений - страница 110,

смахивающий на «ура»,  

шум, смогший вобрать

«завтра», «сейчас», «вчера»,

идущий из королевства сумм,  

не занести в тетрадь.


Там, где прошедшее плюс

будущее вдвоем

лупят баклуши, творя

истинное, вкус

диктует массам объем.

И отсюда — моря Собрание сочинений - страница 110.


Скорость по кличке «свет»,

белоснежный лилипут, квазар

напоминают нерях;

другими словами пожар, рынок.

Материя же — эстет,

и ей лучше в морях.


Хоть какое из их — скорей

слепок времени, чем

смесь катастрофы и

радости для ноздрей,

либо — пир диадем,

где Собрание сочинений - страница 110 за столом — свои.


Собой превращая две

трети планетки в дно,

море — не лицедей.

Вещью на буковку "в"

оно гласит: оно  

место не для людей.


Тем паче если три

четверти. Для волны

суша — только Собрание сочинений - страница 110 эпизод,

а для рыбы снутри  

ужаснее глухой стенки:

тот свет, кислород, азот.


При расшифровке «вода»,

обнажив свою сущность,

даст в профиль либо в анфас

«бесконечность о да»;

другими словами, что мир никак

сотворен не ради Собрание сочинений - страница 110 нас.


Не есть ли вообщем тоска

по вечности и т. д.,

по ангельскому крылу  

инерция косяка,

в родной для него среде

уткнувшегося в гору?


И не есть ли Земля

только посуда? Род

пиалы? И Собрание сочинений - страница 110 не есть ли мы,

пашущие поля,

танцующие фокстрот,

разновидность каемки?


Звезды кивнут: ага,

бордюр, оторочка, вязь

жизней, которых счет

зрения отродясь

от громокипящих га

моря не отвлечет.


Им виднее, как знать.

В сути, их накал

в космосе объясним

недочетом Собрание сочинений - страница 110 зеркал;

это легче осознать,

чем примириться с ним.


Да и моря, в собственный черед,

обращены лицом

совсем не к нам, но ввысь,

ценя их, напротив,

как придуманной слепцом

азбуки фейерверк.


Оказываясь в ловушке

либо же когда Собрание сочинений - страница 110 мы

никому не необходимы,

мы лицезреем моря вовне,

больше беря взаем,

чем наяву должны.


В виде многих вод,

бегущих на нас, рябя,

встающих там на дыбы,

мнится свобода от

всего, от самих себя,

не говоря Собрание сочинений - страница 110 — судьбы.


Если вообщем она

существует — и спор

об этом сильней в глуши  

она не одушевлена,

потому что морской простор

обширнее, чем ширь души.


Сворачивая шапито,

обидно мыслить о том,

что бывшее, скажем, мной,

воздух Собрание сочинений - страница 110 хватая ртом,

превратившись в ничто,

не сделается волной.


Но нежели вы чуть чуть

человеканенавистник, лиходей,

то вам, подтянув кушак,

приятно, подставив ей,

этой свободе, грудь,

сделать к ней излишний шаг.


1994



sobranie-sochinenij-52-pechataetsya-po-postanovleniyu-centralnogo-komiteta-stranica-11.html
sobranie-sochinenij-52-pechataetsya-po-postanovleniyu-centralnogo-komiteta-stranica-17.html
sobranie-sochinenij-52-pechataetsya-po-postanovleniyu-centralnogo-komiteta-stranica-23.html